Гришанов А. Н. Горести и радости «идеальных браков»

ГОРЕСТИ И РАДОСТИ «ИДЕАЛЬНЫХ БРАКОВ»

 

Гришанов А. Н.

 

Часть первая пессимистическая

 

«Кому велено чирикать — не мурлыкайте!

Кому велено мурлыкать — не чирикайте!»

 

К. И.Чуковский «Путаница»

 

1. Психоаналитические теории констатируют, что жизнь человека определяется не тем, что он про себя помнит, а тем, что он про себя забыл. Часто человек удивляется тому, что его благие намерения не исполняются, а высокие цели, которые он ставит перед собой, не достигаются. Он ищет всевозможные объяснения, ссылаясь на независящие от него обстоятельства, расположение звезд и другие причины, хотя в большинстве случаев — он сам автор своих неудач в ситуациях, когда жизненные планы не основываются на его реальных возможностях (о которых, правда, он сам мало что знает). Но самое главное, что неудачи порождают последствия — потерю уверенности в себе, снижение самооценки, множество проблем психического и телесного здоровья.

Приведем несколько примеров, в которых попытки жить, следуя лозунгу: «Мы рождены, чтоб сказку сделать былью!», приводят к большим разочарованиям, поскольку только в сказках и голливудских фильмах все желания исполняются. Итак, первый пример. «Директорский невроз». Это ситуация, когда социальные амбиции человека не соответствуют его возможностям, но он все равно старается «выжать» из себя все возможное, прыгнуть «выше головы», преодолеть планку завышенных притязаний. Как результат — обширный набор психических и соматических симптомов.

Второй пример. Иногда предполагается, что планку высоких притязаний преодолеет кто-то другой, например, собственный ребенок. И тогда мы говорим, что ребенок для родителей является нарциссическим продолжением, а, по существу — жертвой их родительских амбиций. Будем справедливы — здесь возможны два исхода. В одном случае — этот ребенок многое в жизни достигнет и всегда будет признавать в этом заслугу своих родителей. (Хотя чувствует ли он себя счастливым после такого детства — ответить однозначно невозможно). В другом, случае, для нас более важном, — он станет «обычным» человеком, но при этом вынесет из детства множество горестных воспоминаний и симптомов, и вряд ли будет с благодарностью вспоминать о нем.

И, наконец, еще одна житейская ситуация. Предположим, что приближается какая-либо знаменательная дата — Новый год или день рождения, и вы решаете начать «новую жизнь» — делать по утрам зарядку, бросить курить или взяться за иностранный язык. Вы с энтузиазмом принимаетесь за дело, но проходит некоторое время, и жизнь идет как и прежде — зарядка не делается, язык не учится, курение продолжается.

Что объединяет эти случаи? Неудачные попытки реализовать свои мечты. Эти случаи иллюстрируют стремление к совершенству, попытки достичь своего Идеала-Я — совокупности некоторых идеальных представлений о себе, о детях, об отношениях и т. д. Еще одно сочетание из тех же частей, но имеющее другой смысл — это Я-идеал. Оно является совокупностью освоенных родительских норм и запретов, представлений о том, «что такое хорошо и что такое плохо». Говорят, что Я-идеал — это агрессия, направленная вовнутрь, хотя в то же время он подсказывает условия получения одобрения и любви. Интересно, что в перечисленных выше ситуациях из жизни оба этих идеала часто сливаются, что отражает окультуренность человека, когда его идеальные представления о себе хорошо вписываются в родительские представления о нем и в требования культуры. Одна из ситуаций, которая порождает стремление к идеалам, и к которой применимы приведенные выше рассуждения, — это ситуация вступления в брак.

Брак — это прекрасный повод для начала «новой жизни», в которой можно реализовать свой идеал семейных отношений. Стремление к отказу от своего прошлого, попытки с помощью чего-то нового — брака, отношений, работы, места жительства или даже ремонта в квартире, — скрывает желание перерождения, желание начать жить как бы заново, и через фантазии о «новом рождении» убедить себя в вечном жизненном круговороте. Конечно, на глубинном уровне это можно рассматривать как проявление страха смерти. Культура, с одной стороны, помогает прорабатывать эти страхи через систему ритуалов, например, через ритуал прощания со старой холостяцкой жизнью и отмечание этого события в форме «девичников», «мальчишников». С другой стороны, поддерживая иллюзию «нового начала», культура предлагает через ритуал брака наполнить свою жизнь множеством новых смыслов — построением своего дома, воспитанием детей, а также превращением в идеального мужа, жену, родителя и т. д.

Приведем еще одно объяснение тяги к «новой жизни». Я считаю, что стремление намечать цели и планировать их достижение — это отголоски не реализованной или неполноценно пройденной эдипальной ситуации. Это проявление попыток обрести внутренний закон, который будет направлять жизнь в правильном направлении. Действительно, часто создается впечатление, что если этот закон в инфантильный период освоен, то человек просто живет, не думая о планах и целях, однако его жизнь производит впечатление осмысленной, насыщенной и полноценной.

Вернемся к ситуации «новой жизни» в браке. Брак может превратиться в пространство, где формируются страхи, тревоги, разнообразные симптомы, если брак действительно воспринимается как «новая жизнь». Если человек в семейной жизни старается осуществить сильный отрыв от прошлого, если его представления об идеальном браке радикально отличаются от добрачной жизни, то возникают ситуации, на которые интересно взглянуть с позиции классического психоанализа.

 

2. В кабинете психолога время от времени появляются молодые мужчины и женщины с целым набором психологических и соматических нарушений, которые можно отнести к рассматриваемому случаю.

Эти пациенты рассказывают о ситуациях, когда брак не оправдывает их ожидания, когда интерес друг к другу в добрачных отношениях сменяется быстрым охлаждением в браке, а секс превращается в «исполнение долга». Почему новые возможности счастья в брачных отношениях не реализуются? Почему человек, пытаясь «обновить» себя через брак, или возвращается к старой жизни, или начинает болеть.

Приведем два примера. В одном это девушка примерно 20 лет, во втором — молодой мужчина 28 лет. Их объединяет то, что до брака они вели насыщенную общением и событиями жизнь, а затем, когда появился будущий брачный партнер, стало формироваться пространство «для двоих», все более закрытое для контактов с внешним миром. Выход за его рамки вызвал ревность, телефонный контроль, потребность во взаимной отчетности. Далее, каждый из пациентов пошел своим путем. У молодого человека пропал сексуальный интерес к жене, хотя он ее боготворил как идеальную спутницу жизни. В дополнение к охлаждению — бессонница, потеря веса, нежелание возвращаться после работы домой. У девушки появились страхи использования общественного транспорта, вне дома она не могла перемещаться без сопровождения. Страхи охватывали во время лекций — и тогда начинались психосоматические реакции — головокружение, учащенное сердцебиение и т. д. Однажды, когда она сдавала курсовую работу молодому преподавателю-мужчине, она потеряла сознание.

Что объединяет два этих случая? То, что брак для его участников превратился в монашескую келью для их желаний. И самое главное — это то, что каждый из пациентов строил планы идеального брака как закрытого пространства, в котором только и возможно построение счастливой жизни. Причем это закрытое пространство охватывало не только реальную жизнь, но даже сновидения, в котором общение с противоположным полом рассматривалось как измена. В такой ситуации строгих запретов и ограничений возможен только один вариант — превращаться в семейного затворника. Опираясь на теорию З.Фрейда о формировании неврозов, рассмотрим ситуацию, когда один или оба участника брака стремятся реализовать подобное желание идеального брака.

На первом этапе формирования невроза осуществляется внешний запрет на удовлетворение влечений. В нашей ситуации запретом является сам брак, который отвергает многие формы добрачного поведения, и навязывает ограничения на поведение и возможный характер отношений с другими людьми. Конечно, наблюдая реальную семейную жизнь вокруг нас, можно сказать, что эти запреты повсеместно нарушаются вплоть до возникновения «треугольников» внебрачных отношений. В этих жизненных ситуациях неврозов не бывает, да и идеальный брак здесь обычно не планируется. Сам же вариант развития таких семейных отношений можно рассматривать как случаи поражения культуры в ее противодействии сексуальности.

Но нередко мы наблюдаем и «зрелый» вариант брака, когда человек способен адаптироваться к новым условиям взаимоотношений, когда любовь и сексуальность вполне уживаются в рамках брачного ритуала, а семья остается открытой внешнему миру без невротических проявлений. Этот вариант можно рассматривать как случай, когда оба супруга успешно прошли эдипальную ситуацию психосексуального развития и теперь способны формировать отношения на уровне зрелой любви [1].

Однако, как правило, в ситуации брака активизируется множество доэдипальных и эдипальных проблем и переживаний, в том числе самого раннего периода развития. Например, эти переживания могут существовать на уровне двух противоположных образов, которые могут попеременно проецироваться на партнера, или же на кого-либо вне семьи. Классический пример, когда женский образ расщеплен на идеальную, но асексуальную жену, и страстную любовницу (случай «мадонны и проститутки»).

Итак, на первом этапе сам брак активизирует раннюю проблематику психосексуального развития, разрядка и отыгрывание которых вне брака ограничены нормами и запретами. Все это порождает поиски других вариантов разрядки влечений. Теперь, в соответствии с теорией З.Фрейда, к внешним ограничениям добавляется внутренний запрет, что является вторым этапом в процессе формирования невроза. Регресс, обусловленный внешними запретами, приводит к точкам фиксаций на частичных влечениях. И тут возможны два варианта. Первый можно определить как путь формирования разнообразных, в данном случае семейных извращений. Однако если внутренние запреты сильны, то реализуется второй вариант, когда формируются разнообразные симптомы, и может сформироваться полноценный невроз. Именно этот вариант и был реализован в двух вышеупомянутых случаях.

К счастью, подобные психологические проблемы разрешимы. В случае девушки потребовалось около 50 психоаналитических сессий в течение года. Для молодого человека понадобилось около 10 встреч, чтобы начался процесс ослабления симптоматики.

Можно отметить, что в культуре всегда существовали обряды подготовки к жизни в браке, которые сглаживали переход от холостой жизни к брачной. Например, это обряд венчания. Возможно, что современный вариант этого — жизнь в гражданском браке. Вероятно, другим способом снижения невротизации в освоении брачного ритуала может служить его «обесценивание» в культуре. Действительно, брак — это не «новая жизнь» и не «новый смысл», который появляется в жизни. По своей сути — это новая форма для прежних смыслов, которые семья позволяет реализовать. Поэтому не стоит стремиться к идеальному браку, не стоит стремиться быть идеальным, или растить идеальных детей. Вспоминая идею Винникотта о том, что мать должна быть «достаточно хорошей», можно сказать, что для «нормальности» брака необходимо и достаточно быть «достаточно хорошим» мужем, женой, родителем и т. д., и это обезопасит существование брака от многих болезненных ситуаций и их последствий.

             

Часть вторая оптимистическая

 

«Per aspera ad Astra» —

«Через тернии к звездам!»

 

Это латинское изречение определяет другой взгляд на жизнь. Если в пессимистическом случае главное — не проиграть, то во втором, оптимистическом, главное — постараться выиграть, проигрыш — это не трагедия. Если этот взгляд обратить к ситуации начала «новой жизни» или к желанию построить «идеальный брак», то можно сказать, что это попытка найти в себе резервы, которые в холостой жизни не были востребованы, и, в тоже время, попытка усиления психологических защит, которые бы удерживали от прорывов тех бессознательных импульсов, которые противоречат нормам и идеалам формирующегося семейного суперэго. При этом очень важно придерживаться древней заповеди — «Познай самого себя!». Потому что, если следовать ей, то завышенные идеалы станут более реалистичными, а нормы и ограничения — не такими жесткими, т. е. суперэго станет более «мягким», что позволит жить «своей» жизнью, а не семейной жизнью, навязанной своими детскими историями.

 

Литература

  1. Кернберг, О. Ф. Отношения любви: норма и патология / О. Ф.Кернберг – М.: Независимая фирма «Класс», 2000. – 256 с.

Дежурный супервизор

skype
email

Отправьте заявку на супервизию.
Укажите ваш контактный номер телефона.

Мы свяжемся с Вами в течение 15 минут!

Календарь мероприятий

п в с ч п с в
 
 
 
 
 
1
 
2
 
3
 
4
 
5
 
6
 
7
 
8
 
9
 
10
 
11
 
12
 
13
 
14
 
15
 
16
 
17
 
18
 
19
 
20
 
21
 
22
 
23
 
24
 
25
 
26
 
27
 
28
 
29
 
30