Залевский Г.В. Психологическая супервизия: психологическая практика в поисках психологической теории

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ СУПЕРВИЗИЯ: ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА В ПОИСКАХ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ

Залевский Г.В.

Почетный работник высшего профессионального образования РФ, Заслуженный деятель науки РФ, член-корреспондент РАО, действительный член Академии социологических и педагогических наук, д.психол.н., профессор Балтийского федерального университета имени Иммануила Канта и  Томского государственного университета,

Калининград–Томск

 

Аннотация. В статье обсуждаются проблемы супервизии, одной из психологических практик, широко используемой, но мало еще понимаемой и со слабым теоретическим и методологическим основанием. Иначе говоря, на сегодняшний день нет теорий супервизии как таковой, супервизорская практика сегодня определяется теми существующими и известными психологическими – психоконсультативными, психотерапевтическими – «школами»: психодинамической, гешталь-терапевтической, бихевиоральной, системно-семейной и т.д.

 

Ключевые слова: психологическая супервизия, теория, практика, модель, концепция.

 

 Среди ожиданий относительно достижений психологии в XXI веке, о которых говорили психологи на своем очередном и последнем в веке XX 27-м Всемирном психологическом конгрессе в Стокгольме (23-28 июля 2000 г.), а также отвечая на вопросы журнала European Psychologist (2000, Vol. 5, № 2), были и ожидания, которые можно суммируя выразить следующим образом: «Чтобы были хорошие отношения между наукой и практикой, взаимное уважение и взаимное стимулирование. Была устранена пропасть между практиками и исследователями, между академическим исследованием и каждодневной практикой. Необходимо развивать синергетическую, а не антогонизмическую комбинацию. Исследователи и практики должны научиться слушать и слышать друг друга. Больше научного плодотворного взаимодействия между учеными и практиками. При тесной связи теории и практики психология может много дать обществу вообще и проблем человеческого здоровья, в частности» (Залевский Г.В., Залевский В.Г., 2011, с. 56).

Супервизия представляет собой «парадный» пример (Schmelzer, 1997) имеющейся пропасти между теорией и практикой. Что многие модели супервизии не удовлетворяют претензиям в качестве научных теорий и едва поддерживаются результатами эмпирических научных исследований, не является для некоторых авторов основанием  для беспокойства, так как они исходят из позиции «типичных практиков»;  при этом интуиция и личный опыт выступают на первый план, а академические теории становятся необязательными – вплоть до открытой враждебности по отношению к науке.

Список «школьных» и «внешкольных» супервизий и их описаний составляет на сегодняшний день не менее полусотни (Залевский Г.В., 1998–2002). Но весь этот список убедительно свидетельствует о том, что существующие модели, концепции или теории супервизии не являются собственно теориями супервизии как таковой. Они являются, скорее, моделями, теориями или концепциями для супервизии

В подтверждении этой мысли сошлемся на некоторые высказывания, как например: Супервизия в гештальт-терапии основана на тех же концепциях, принципах, ценностях, что и сама гештальт-терапия (Булюбаш, 2003). Имеет место нераздельность супервизии и анализа. Супервизия представляет собой настолько устоявшуюся часть аналитической работы, что вопрос о ее целях и задачах может показаться смехотворным. Труднее доказать, что супервизия представляет собой некую форму деятельности, по существу, отдельную от анализа (Винер и др., 2006).

И сегодня справедливо мнение Холивея и Джонстона (Holloway&Jonston, 1985) о том, что, несмотря на некоторые попытки, все еще отсутствует сколько-нибудь удовлетворительная рамочная концепция супервизии.

С супервизией происходит приблизительно то же самое, что с консультативными и терапевтическими подходами. Существует плюрализм, который порой объясняет только часть проблем. Немецкое общество супервизии в социальной работе, в котором представлены разные направления супервизии, не является сторонником специальной содержательно-теоретической концепции супервизии, но выступает за определенные стандарты, которые позволяют осуществлять квалифицированную подготовку и проведение супервизии (Belardi,1998, s.127-133).

Какие же теории используют собственно супервизоры? Опрос среди 777 читателей журнала «Supervision» (Супервизия), проведенный несколько лет назад показал, что во главе находятся психотерапевтические концепции, а именно: психоанализ, системное консультирование, групповая динамика, разговорная терапия, гештальтерапия и др. Это еще раз показывает, что «супервизия все же является  лишь веточкой на дереве терапии» (Hege, 1996, s.104). Большинство супервизоров  использует редко одну концепцию; в среднем используется 3,2 концепции. Вместе с тем почти все опрошенные высказались за «открытость» для различных направлений и в плане их концептуальности.

Уже взгляд на историю супервизии обнаруживает со всей определенностью, что в супервизии были различные фазы в методическом ориентировании. Вначале была фаза – «работы со случаями» (case work) и в супервизии, приблизительно до 1970 года, при этом методы супервизии питались из психоаналитической теории. Где-то с 1970 года пришли методы групповой динамики и групповой психотерапии, например, балинтовский метод. Эта фаза длилась, приблизительно, до середины 80-х годов. Для обоих периодов было характерно то, что не существовало ни самостоятельного супервизорского метода, ни все охватывающей методики или теории. Супервизоры заимствовали их инструментарий из других подходов: психоанализа, групповой динамики и т.д. В большинстве случаев супервизор использовал один какой-либо подход или по ситуации много или части многих подходов (эклектический прием).

90-е годы прошлого столетия принесли для супервизии новую ситуацию. Появляются попытки построить мультипарадигмальные модели. Шрейог (Schreyoegg, 1994, s. 31–37) предложила метатеоретическую модель (интегративная модель для супервизии). В этой модели на общем теоретическом уровне находятся все доступные системы, проверенные на возможность их использования и согласованность с заявленными постулатами, как например, психоанализ, гештальтерапия, психодрама, групповая динамика, организационные теории, групповая терапия, балинтовская группа.

Интегративная структура для супервизии располагает 4-мя уровнями знаний: праксеологическим, супервизорски-теоретическим,  теоретическим,  мета-модельным.

- Пракселогический уровень – это указания о том, какие методические мероприятия и процессуальные правила должен применить супервизор.

 - Супервизорски-теоретический уровень: это уровень целей, формы реконструирования, воздействия, стиля взаимодействия, а также указания на действия в различных ситуациях.

- Теоретический уровень – это использование социально-научных теорий для структурирования практических тем и супервизорских ситуаций.

- Уровень мета-модельный – это уровень антропологических позиций, т.е. определенный взгляд на человека, это познавательно-теоретические позиции, понимание человека принципиально как телесно-душевно-духовного субъекта. Супервизорская работа не может быть исключительно центрирована на одном из этих аспектах, но рассматривать супервизируемого как целостного человека

Шмельцер (Schmelzer, 1997, s. 91–104) дает анализ современному состоянию исследований супервизии, возможных причин недостаточности и недостатков в этих исследованиях, а также указывает на некоторые перспективы этих исследований.

Современное состояние исследования супервизии.

Исследовательская база супервизии в мировой клинической психологии и психотерапии довольно слаба (Ellis,1991, s.239):

а) Имеющиеся исследования довольно слабы концептуально и полны методических недостатков. Большинство теоретических моделей супервизии не подвергались эмпирической проверке.

 б) Призывы к эмпирически фундированному с теоретическим сопровождением исследованию практики остались не услышанными.

 в) Имеющаяся литература содержит скорее грубые рекомендации и опорные пункты для практики, образования и стандартов супервизии.

г) Существующие модели супервизии были неспособны подтолкнуть исследования и формулирования теорий в силу недостаточной операционализации своих концептуальных выводов.

е) Если теории и проверялись, они обнаруживали значительные дефициты, но в последствии они не подвергались, тем не менее, коррекции или модификации.

На сегодняшний день известно лишь небольшое число научно-исследовательских проектов по супервизии. К ним следует, например, отнести Гиссеновское 3-летнее лонгитюдное исследование психотерапевтической супервизии: развитие терапевтических компетенций, терапевтической неуверенности, терапевтических стилей, супервизорских потребностей (Frank, Walter, Vaitl, 1992; Bents u.a., 1996). Проблему «женщины и мужчины в супервизии» исследовал Шнайдер (Schneider, 1995). В исследовании выяснилось следующее:  женщины как супервизиремые ведут себя: скорее как клиенты, активно, умно в отношениях, и партнерски; мужчины: скорее учрежденчески, конкурентно, идеологично и блокировано в отношениях. О некоторых исследованиях проблем супервизии сообщает Шрейогг (Schreyoegg, 1994).

Что касается исследований проблем супервизии в нашей стране, то есть обнадеживающие начальные шаги в этом направлении. Так, в 2002 году была защищена фактически первая кандидатская диссертации по этой проблеме (Кириллов И.О., 2002). В данном контексте интересным представляется и выполненные под моим руководством диссертационные исследования С.В..Умняшкиной (Залевский, Галажинский, Умняшкина, 2001), В.Г.Залевского (1998) и дипломные проекты М.Шумахер (2008), Т.Ямпольской (2014) и др.

Имеющиеся на сегодняшний день немногие исследования этой темы говорят в пользу того, что супервизируемые довольно высоко оценивают супервизию как важный элемент повышения квалификации, повышению как личностной, так и профессиональной компетентности (Schmelzer, 1997; Шумахер, 2008), что подтверждают и результаты супервизорские тренинги, проводимые нами вот уже в течение более десяти лет (Залевский Г.В., 2012, 2013).

Шмельцер (Schmelzer, 1997, s.94-103) делает краткий обзор некоторых исследований содержательных и процессуальных проблем образовательной и практической супервизии.

Возможные причины недостатка в исследованиях супервизии.

Некоторые особые обстоятельства делают супервизию довольно трудным предметом исследования, а именно:

- Когнитивные установки: супервизия необходима, собственно, лишь как практика и для практики.

-  Прагматические приоритеты для практиков: главное, что это функционирует, пренебрежение научными теориями.

- Негативная дефицитная спираль: малое количество серьезной научной литературы по супервизии, а потому  прибегают к имеющимся консультативно-терапевтическим моделям и отказываются развивать специальные исследовательские программы по супервизии.

- Личные убеждения супервизоров, в соответствие с которыми супервизия – это «искусство, которое не поддается исследованию».

- Наличие позиции у супервизоров: не рассматривать супервизию в оценочном плане ее эффективности.

- «Естественный эффект лени»: требуется время и терпение, поскольку релевантные теории развиваются довольно медленно.

- Общие недоразумения, предрассудки и отвергающие позиции в отношении науки и исследования.

- Враждебность по отношению к науке как модная тенденция у некоторых практиков, соединенная с любовью к личным вероучениям и спонтанному частному опыту (интуициям) или некритическое принятие гуруподобных  учений.

Конструктивные выводы об исследовании супервизии в будущем.

- Мотивировать исследователей–супервизоров и супервизируемых проводить больше и лучших исследований.

- Супервизия – не свободная от науки зона – принципы научного исследования  применять и к проблемам супервизии.

- Побуждать терапевтов и супервизоров к научному мышлению и работам уже на этапе их подготовки,  разъяснять смысл и цель практико-ориентированного исследования.

- Вооружать их методологическими знаниями, умениями и навыками.

- Адекватное построение теорий.

- Эффективные исследования практики осуществлять совместно с практиками, вместо того, чтобы сводить их роль только до материала исследования.

- Больший акцент исследования на вопросы: «Какой вид супервизии? Осуществляемая какими лицами и подходит к какому лицу для достижения какой цели в какой исходной ситуации и с помощью каких средств?

- Вовлечение  в исследование клиентов супервизируемых как косвенных потребителей супервизии.

- Поощрять взаимовлияние теории и практики и рассматривать науку как непрерывный самокорригирующийся процесс.

Анализ особенностей становления супервизии и ее актуального состояния как особой психологической практики дают возможность выявить ряд проблем, определяющих актуальное состояние и перспективы ее дальнейшего развития. Прежде всего, можно констатировать значительное отставание супервизии как практики от других практик, как по разработанности самой практики, так и по ее теоретическому осмыслению, в силу ряда исторических и объективных причин. Объективной причиной является сама логика отношений между психологическими практиками и супервизией – она всегда шагает следом; вначале должны появиться психологические практики и те, кто эти практики реализует, а затем, с неизбежностью, но иногда не очень скоро, востребованная ими супервизия. Супервизии как бы не свойственно опережать то, что она призвана контролировать, в образовании чего она должна принимать участие и того, чему она должна помогать.

Исторические причины некоторого (в мире, но существенного в нашей стране) отставания супервизии от иных психологических практик связаны:

- во-первых, с тем, что супервизия, как особая психологическая практика, проделала долгий путь из промышленности, где с ее помощью решался вопрос о контроле за качеством продукции и повышения качества профессиональной деятельности, в социальную работу, где чаще всего решались с ее помощью задачи надзора (помощи) за особыми слоями населения, в психологическую практику, когда спектр психологических практик значительно расширился, а, значит, расширился и круг оказывающих психологическую помощь людям, которая в силу разных причин оказывалась и оказывается далеко не всегда высококачественной;

- во-вторых, супервизия, перекочевав в сферу психологии, психологической практики, «приземлилась» в лоно той или иной конкретной психологической практики, становилась «супервизией конкретной психологической практики», вначале это была «психоаналитическая супервизия» по тому, как ее понимали и практиковали З.Фрейд и его последователи: К.Абрахам, М.Баллинт, К.Хорни, а затем: «поведенческая супервизия», «гештальттерапевтическая супервизия», «когнитивная или поведенчески-когнитивная», «системно-семейная супервизия», «юнгианская супервизия», «трансперсональная супервизия» и т.д.; т.е. рождались так называемые «школьные варианты супервизии»;

- в-третьих, ограниченность теоретической разработанности соответствующих практик накладывала отпечаток и на супервизию в их рамках, например, в вопросах целей, предмета и т.д.;

- в-четвертых, сфера востребованности или учрежденческие традиции оказания психологической помощи приводили нередко к потере общих сущностных характеристик понятия супервизии, превращая ее в «клиническую супервизию», «педагогическую супервизию», «психотерапевтическую супервизию» и т.д.;

- в-пятых, в силу того разного истолкования самого термина и вытекающей отсюда расстановки акцентов, имел место нередко своеобразный редукционизм – сведение понятия супервизии, например, к понятию консультирования, надзирательства, наставничества и т. п., отсюда и нередкое смешивание супервизии с родственными практиками, прежде всего с психотерапией;

- в-шестых,   рожденная из практики и для нужд практики, супервизия, как и все другие психологические практики, попала в известный «схизис» между психологической наукой и психологической практикой (Василюк Ф.Е., 1996);

- в-седьмых, барьеры на пути развития супервизии создает ошибочная, на мой взгляд, точка зрения о том, что психологическая практика (как и практика любая) не может иметь своего теоретико-методологического обоснования, так сказать, своих теорий, поскольку супервизия отражает «ремесленный аспект» психотерапии (Кулаков, 2002, с.218). Мне представляется, как и некоторым другим авторам (Карицкий, 2007), что эта  позиция ошибочная. Так, И.Н.Карицкий (2007, с.232), хотя в своей классификации психологических практик не находит места супервизии, но справедливо настаивает на том, что «психологические практики должны иметь определенные основания: феноменологические, орудийные, праксические, методологические, реляционные, концептуальные, потребностно-целевые»;

- в-восьмых, довольно распространено мнение о том, что о супервизии не надо говорить, супервизией надо заниматься. Иначе говоря, с супервизией все ясно, существует полный консенсус относительно ее объектного поля, ее предмета и фокуса, моделей, структуры и механизмов, объективных критериев ее востребованности и эффективности, ее места на разных этапах профессионализации психологических практиков и подготовки психологов-практиков и психологов-супервизоров. Увы, этого на сегодняшний день нет, а потому, разумеется, не следует отменять супервизию как психологическую практику, но осмыслить уже существующую такую практику и попытаться внести определенный вклад в разработку теоретико-методологических оснований, т.е. «теории или теорий среднего уровня», которые увяжут фундаментальную психологическую науку и супервизорскую практику.  

    Одним из перспективных путей создания теории или теорий супервизии – это попытки, побуждаемые идеей создания «интегративной психотерапии» и, соответственно, «интегративной супервизии». Некоторые из уже упоминаемых выше авторов (Kanfer, Petzold, Schreyoegg) пошли по этому пути, испытывая при этом большие трудности поскольку, во-первых, на них лежал груз представлений о «неавтономности супервизии» от психотерапии вообще и «школьной» в частности, во-вторых,  происходило, как правило,  «застревание» на  методическом уровне,  и предлагаемые модели, скорее, оставались по сути своей эклектическими или «смешанными». Конструктивными, на мой взгляд, были те усилия, когда шли не через попытки интегрировать разные теории, а рассматривали интегрирующим (системообразующим) фактором самого клиента, пациента и супервизируемого. Элементы такого подхода мы находим в работах Петцольда (Petzold, 1993) и Шрейогг (Schreyoegg, 1994, s. 31), в основу которого положена, прежде всего, холистически-антропологическая ориентация, согласно которой «человек принципиально понимается как телесно-душевно-духовный субъект (als Koerper-Seele-Geist-Subjekt). Эта ориентация близка нам в связи с развиваемыми нами целостно-ценностной парадигмой и биопсихосоционоэтической моделью человека, укрепления и нарушения его здоровья (Залевский, 2009; Залевский, Кузьмина, 2010; Залевский, 2012, 2013).

 

Литература

Булюбаш И.Д. Основы супервизии в гештальттерапии. М.: Изд-во ИПРАН, 2003

Василюк Ф.Е. Методологический смысл психологического схизиса. //Вопросы психологии. 1996, № 6, с.25-40

Винер Дж. и др. Супервизия супервизора: Практика в поисках теории. М.: Когито-Центр, 2006

Залевский Г.В. Супервизия./Супервизорство.: проблемы и дефиниции (по материалам зарубежных исследований). Сообщение 1-5 //Сибирский психологический журнал.1998-2002.Вып. 7, 8-9, 13, 14-15, 16-17

Залевский Г.В. Теория субъекта и фиксированные формы поведения. //Психологический журнал. //Психологический журнал. – 2003.- Т.24.-№ 3.- с.32-36

Залевский Г.В. Личность и фиксированные формы поведения. М., Изд-во ИПРАН 2007

Залевский Г.В. Психологическая супервизия. Томск, Изд-во ТГУ, 2008

Залевский Г.В., Залевский Г.В., Кузьмина Ю.В. Антропологическая психология: биопсихосоционоэтическая модель развития личности и ее здоровья. //Сибирский психъологический журнал.- 2009. - № 33.- с.99-103

Залевский Г.В. Введение в клиническую психологию. – М.- Изд-во «Академия».- 2012

Залевский Г.В., Залевский В.Г. Психология и психологи на пороге XXI века. //Сибирский психологический журнал. № 40, 2001, с.52-59

Залевский Г.В., Кузьмина Ю.В. Психология здоровья студенческой молодежи. //Залевский Г.В. Избранные труды. Томск.- Изд-во ТГУ. – 2013. – с. 211-336

Карицкий И.Н. Теоретико-методологический анализ психологической практики. //Теория и методология психологии. Постнеклассическая перспектива. /Под ред. А.Л.Журавлева, А.В.Юревича. М.: Изд-во ИП РАН, 2007, с.223-246

Кулаков С.А. Практикум по супервизии в консультировании и психотерапии. СПб., 1998, с.609-611

Супервизия. Супервизор. //Психотерапевтическая энциклопедия../Под ред. Б.Д.Карвасарского. СПб., 1998, с.609-611

Ховкинс П., Шохет Р. Супервизия: индивидуальный, групповой и организационный подходы. СПб: Речь, 2002

Якобс Д., Дэвис П., Мейер Д. Супервизорство: Техника и методы корректирующего консультирования. СПб., 1997

Argelander H. Die Struktur der Beratung unter Supervision. //Psyche. 1980. № 34, p.54-77

Baurtedl T. Psychoanalytische Perspektive in der Supervision.//Supervision.1993.№ 6, p.9-35

Belardi N. Supervision. Eine Einfuehrung fuer soziale Berufe. Freiburg: Lambertus, 1998

Bents H., Frank R., Rey E.-R. Erfolg und Misserfolg in der Psychotherapie.Regensburg.Verlag S.Roderer,1996

Bernard J., Goodyear R.K. Fundamentals of clinical supervision. Needhan Heigthts, 1998

Bosch M. Ko-Evolution und Supervision in der entwicklungsorientierten Familientherapieausbildung.//Handbuch der Supervision/Hersg. H.Puehl. Berlin, 1990, s.110-118

EuropeanPsychologist./Editor-in-Chief Prof. Kurt Pawlik. Vol.5, №2, 2000

Feyerabend P. Wider den Methodenzwang. Frankfutr/Main, 1983

Ferenczi S., Rank O. Die Entwicklungsziele der Psychoanalyse. Wien; Leipzig; Zuerich, 1924

Freud S. Analysis of phobia in a Five-old boy.//Standart Edition of the complete psychological works. London, 1909/1973. Col.10

Gay P. Freud: A life for our time. N.Y., 1988

Henry W.E. et al. Public and private lives of psychotherapists. San Francisco, 1973

Holloway E.L., Johnston R. Group supervision // Counselor Education and Supervision. 1985. Vol. 24(4). P. 332-340.

Leddick G., Borders L.D. Handbook of clinical supervision. Alexandria, 1987

Longanbitt С, Delwoth U. Supervision: A conceptional model //The counseling Psychologist. 1982. Vol. 10(1). P. 3-42.

Levine F.M., Biker H.A. A behavior modification approach to supervision of psychotherapy // Psychotherapy: Theory, Research and Practice. 1974. № 11. P. 182-188.

LudewigK. Grundarten des Helfens // Supervision aus systematischer Sicht/ Hrsg. H. Brandau. Salzburg, 1991. P. 54-68.

Nedelman C, Ferstl H. Die Memode der Ballint-Gruppe. Stuttgart, 1989.

Plessen U., Kaatz S. Supervision in Beratung und Therapie. Salzburg, 1985.

Ponterott et al. A multimodel approach to concelor supervision // Concelor Education and Supervision. 1984. Vol. 24(1). P. 40-50.

Powell D.J. Clinical supervision. A ten years perspectives // The clinical supervisor. 1989. Vol. 7(2/3). P. 139—147.

PuehlH., Schmidbauer W. Supervision und Psychoanalyse. Muenchen, 1986.

Rappe-Giesecke K. Gruppen- und Teamsupervision in Theorie und Praksis. Berlin: Springer, 1990.

Robiner W.R., Schofleld W. Referencies of supervision in clinical and counseling psychology // Professional Psychology: Research and Practice. 1990. № 21. P. 297-312.

SchmelzerD. Verhaltenstherapeutische Supervision. Theorie und Praxis. Hogrefe Verlag flir Psychologie. Gottingen; Bern; Toronto; Seattle, 1996/97.

Schmidt J.P. Psychotherapy supervision. A cognitive-behavioral model // Professionel Psychology. 1979. № 10. P. 278-284.

Schreyogg A. Supervision. Didaktik & Evalution. Paderborn, 1994.

Scobel WA. Was ist Supervision? Goettingen, 1989.

Stoltenberg C, Delworth U. Supervising counselors and therapists. A developmental approach. San Francisco, 1987.

Stroembach et al. Supervision. Protokole eines Lernprozesses. Berlin, 1975.

Weigand W. Sozialarbeit- das Ursprungsland der Supervision // Integrative Therapie. 1989. № 15. S. 248-269.

Wolpe J, Rachman S. Psychoanalytic evidence. A critic based on Freud.s case of Little Hanse // Critical Essays on Psychoanalysis. Oxford, 1960. P. 186.

Дежурный супервизор

skype
email

Отправьте заявку на супервизию.
Укажите ваш контактный номер телефона.

Мы свяжемся с Вами в течение 15 минут!

Календарь мероприятий

п в с ч п с в
 
 
 
1
 
2
 
3
 
4
 
5
 
6
 
7
 
8
 
9
 
10
 
11
 
12
 
13
 
14
 
15
 
16
 
17
 
18
 
19
 
20
 
21
 
22
 
23
 
24
 
25
 
26
 
27
 
28
 
29
 
30
 
31